17.10.2018
21– Да вы настоящая героиня, – начала я разговор с Ириной – жительницей Бахмутского района, – не каждый сможет взять в семью приемного ребенка, тем более сразу двух мальчишек. Кстати, они на вас так похожи… Никогда не скажешь, что вы не носили их под сердцем.
– Мне тоже так говорили, когда младшенький – Миша только пошел в детский сад, у нас с ним даже походка одинаковая, – подтвердила женщина. – Моя биологическая дочечка меньше на меня похожа, чем приемные сыновья. Вот так бывает.
Вот вы о каком-то подвиге говорите… Я не различаю детвору. Какая разница между тем, родила их я или не я. Для меня они родные и все. Я не носила их под своим сердцем, но они в моем любящем горячем сердце уже навсегда.
Я привыкла, что вокруг меня всегда много ребятишек. Соседская детвора выросла у меня на глазах, практически в моем дворе. Племянник с четырех лет был со мной.
Нет никакого подвига. Я просто очень люблю детей. Тем более, что приемных сыновей я взяла уже в том возрасте, когда они не доставляли особых хлопот. Мише было два годика, Кириллу – четыре. Мне не нужно было стирать пеленки и распашонки, вставать на ночное кормление и дежурить у колыбели в первые дни их жизни. Самый трудный период они уже пережили. Поэтому мне с ними было уже намного легче. Я понимала, чего они хотят, что у них болит, как нам быть и что делать.
– Ирина, как складывалась ваша жизнь до того момента, когда вы решились на серьезный шаг?
– Жили мы с моей дочечкой. Она у меня поздний ребенок. Рожала я ее трудно, так что на второго сразу не отважилась. Потом уже и поздно было, да и не от кого. Сейчас ей уже пятнадцать. Она все время хотела братика или сестричку. Говорила о том, чтобы мы взяли ребеночка из детского дома. Я в голове прокручивала такой вариант, но все не решалась. Вопрос решился сам собой. Наверное, это была судьба. Пять лет назад моя племяшка попала в больницу. Я часто бывала у нее. Вместе с ней лежал и маленький мальчик. О Кирилле племянница нам много рассказывала, фотографировала его, пересылала фотки и видео. И вот моя дочка заочно в него влюбилась. Она так захотела себе братика…
Тогда мы с ней отправились к заведующей отделением больницы. Решили узнать о мальчике поподробнее. И узнали, что он, оказывается, не один, у него есть еще младший братик. В больницу их определила служба по делам детей, так как их биологическая мама, у которой далеко не один ребенок, забыла о своих обязательствах.
– Братьев и сестер разлучать нельзя.
– Поэтому мы и решили забрать сразу двоих. Оформили документы без особых проблем. Я настолько благодарна нашей службе по делам детей Бахмутской райгосадминистрации. Руководитель службы Елена Кец окружила нас заботой и помощью. Они нас просто осчастливили. И до сих пор служба нам помогает решать вопросы, с которыми мы сталкиваемся по мере их поступления.
– Прошло пять лет. Сыновья знают, что вы их приемная мама? Вы не скрываете от ребят этот факт?
– Знают. Все равно все тайное, когда-нибудь всплывает наружу. Если не скажу им об этом я, то рано или поздно об этом будут ходить слухи по соседям, а это еще хуже.
Более того, я считаю нужным, чтобы мальчики общались со своей сестричкой, тетей, бабушкой и дедушкой по линии отца. Их родной папа умер. Родственные связи нужно поддерживать.
– Ира, помните ли вы тот день, когда вы рассказали им вашу семейную тайну? И что вспоминают дети?
– Знаете, я всегда поражаюсь их детской памяти. Кирилл – старшенький, помнит все до мелочей. Он рассказывает, как я в ноябре приезжала в больницу с курточками и обувью для них, как и в какой очередности они примеряли обновки. Как я на них смотрела, что говорила… Это как раз было, когда я собиралась их забрать в нашу семью.
Миша – младшенький, вообще часто спорит с братом о том, кого первого я родила: его или Кирилла. Тогда старший начинает доказывать, что я их не рожала, а пришла и забрала из больницы.
Не нужно скрывать правду. Тем более, в небольшом поселке. Моих ребятишек никто никогда не дразнил, не унижал, пальцами в их сторону не показывал. Они стали полноправными членами семьи, быстро привыкли к жизни в частном доме, до этого они жили в квартире, очень любят живность.
Миша в этом году пошел в первый класс, в бахмутскую школу мы перевели и Кирилла. Теперь каждый день рано встаем и на электричке едем на учебу. Дни летят быстро.
Мы желаем одного: пусть закончится, наконец, война. Наш поселок подвергался обстрелам. Одно время не ходили электрички.
В один из дней от стрельбы в нашем доме вылетели окна, стекла разлетелись в разные стороны. В тот момент малыши играли в комнате. Моя дочь с племянницей, услышав стрельбу, забежали в комнату и вытащили мальчиков, спасли от ранений.
Мы вынужденно покинули родные края. Когда затихло, вернулись. Сейчас постепенно делаем в доме ремонт.
Так что с детьми мы многое уже пережили.
– А какая реакция была у ваших соседей, знакомых и приятелей на то, что ваша семья пополнилась приемными детьми?
– Реакция была неоднозначная. Дни поддерживали, одобряли. Были и такие, кто решил, что на такой шаг можно пойти только ради денег. Но разве можно измерить материнское счастье деньгами? А я с ними счастлива!
– Я помню нашу первую встречу, – подключилась к разговору начальник по делам детей Бахмутской райгосадминистрации Елена Кец. – Зашла жизнерадостная приятная женщина. Рассказала, что в больнице увидела детей и решила им стать приемной мамой. Зная, что у нее есть родная дочь, я поинтересовалась у Ирины о том, зачем ей это? Одно дело просто помочь мальчикам, а другое – сделать большой шаг в жизни. Такая ноша не всем по плечам. Хватит ли у нее сил на чужих детей, когда есть свое, родное.
Но она рассказала мне о том, что увидев братьев, решила, что без них не уйдет. Это ее дети и точка!
Думаю, что в данном случае все произошло по Божьей воле. Знаете, беременная женщина ходит девять месяцев, а идею о том, чтобы взять приемных детей, мы вынашиваем намного дольше. Поэтому решение совершить такое благое дело – это знак. Я только приветствую таких женщин, которые не побоялись взвалить на себя все проблемы детей, лишенных родительского тепла и ласки.
Они ждут маму
На сегодняшний день в Бахмутском районе пять приемных семей. Более шестнадцати человек, имеющих родственные связи, ждут усыновления. Есть ребята от 15 до 18 лет. Им очень трудно попасть в семью. В основном приемные родители берут малышей. Но они не теряют надежду. Они верят, что когда-то дверь откроется и за ними придет их мама.
